Прогнозы результатов парламентских выборов в Израиле, которые назначены на 27 октября 2026 года, демонстрируют жёсткое электоральное соперничество между действующей коалицией и оппозиционными силами. Из-за динамичности предвыборной ситуации и высокой полярности общества исход голосования остаётся неопределенным, а эксперты и опросы общественного мнения указывают на отсутствие явного преимущества у какого-либо из блоков. Последние социологические опросы, опубликованные ведущими израильскими телеканалами вечером 9 сентября 2026 года — сразу после официального закрытия и фиксации предвыборных списков в ЦИК — подтверждают сохранение глубокого политического тупика. Ни коалиционный блок Биньямина Нетаньяху, ни оппозиционные силы не могут преодолеть барьер в 61 мандат, необходимый для формирования устойчивого правительства. При этом наблюдаются заметные различия в данных ведущих институтов исследования общественного мнения:

Согласно опросу телеканала «Кешет-12» (Институт Lazar Research / Мидгам), уверенно лидирует оппозиционная центристская платформа: «Яшар!» (Гади Айзенкот): 25 мандатов. У «Ликуда» (Биньямин Нетаньяху): 21 мандат.

 

Прогноз в отношении остальных партий выглядит следующим образом:

«Беяхад» (Беннет — Лапид): 13 мандатов.

«Демократим» (Голан): 11 мандатов.

«Наш дом Израиль» (Либерман): 8 мандатов.

Религиозные блоки: «Яадут ха-Тора» — 8 мандатов, ШАС — 7 мандатов.

Правые радикалы: «Ционут Датит» — 6 мандатов, «Оцма Иегудит» — 6 мандатов.

Арабские списки: Объединенный список — 7 мандатов, РААМ — 4 мандата.

Другие: «Амха Исраэль» — 4 мандата.

Согласно этому опросу, оппозиция (при условии объединения с арабскими партиями) набирает 68 мандатов, в то время как действующий коалиционный блок Нетаньяху получает лишь 52 мандата.

 

Опросы телеканала Kan-11 и 13-го канала ИТВ демонстрируют гораздо более жёсткий сценарий и фиксируют фактический паритет сил.

Блок Нетаньяху и Блок оппозиции: Идут вровень, набирая, по разным оценкам, от 52 до 53 мандатов каждый (без учета арабских списков).

Арабский сектор: Набирает от 12 до 14 мандатов, традиционно оставаясь вне классических коалиционных раскладов.

Сюрприз опроса Kan: Центристская партия Йоаза Хенделя балансирует на грани прохождения и потенциально может получить 4 мандата, что делает её ключевым «балансиром».

 

Опрос агентства Direct Polls (для i24NEWS) показывает принципиально иную картину, где правый лагерь удерживает лидерство:

 «Ликуд»: Занимает первое место с 27 мандатами.

«Яшар!»: Находится на второй строчке с 22 мандатами.

«Беяхад»: 10 мандатов.

«Демократим»: 9 мандатов.

Согласно этому опросу, правый коалиционный блок во главе с Нетаньяху («Ликуд», ШАС, «Яадут ха-Тора», «Оцма Иегудит» и «Ционут Датит») вплотную приближается к победе, получая 56 мандатов (всего на 5 мест меньше заветного большинства).

СМИ Израиля отмечают, что подача финальных списков 8–9 сентября не всколыхнула электоральное поле радикально. Страна по-прежнему разделена пополам, а итоговая судьба Кнессета 26-го созыва будет решаться явкой в день голосования 27 октября и тем, сколько мелких партий смогут перешагнуть барьер в 3,25%.

Опрос исследовательского центра CursorInfo (опубликован 9 сентября 2026 года) зафиксировал высокий уровень тревожности в обществе. Более половины опрошенных израильтян опасаются, что проигравшая сторона откажется признать официальные итоги голосования, и не исключают попыток силового давления или отмены результатов.

Анализ по региональным маркерам

Эксперты компании Madlan (опубликовано 5 сентября 2026 года) изучили электоральную историю страны, чтобы определить города, чьи внутренние результаты наиболее точно предсказывают общенациональный исход выборов.

Реховот вновь признан главным «барометром» Израиля, точнее всего отражающим финальные пропорции голосов.

Петах-Тиква, Хайфа и Хадера следуют за ним и также служат надежными маркерами для прогнозирования.

Крупные мегаполисы, такие как Тель-Авив и Иерусалим, напротив, находятся в самом конце списка из-за сильного идеологического смещения электората в этих городах.

 

Каково отношение партии Айзенкота к сотрудничеству с ортодоксами?

Позиция центристской партии «Яшар!» под руководством Гади Айзенкота в отношении сотрудничества с ультраортодоксальными (харедим) кругами строится на балансе прагматизма и жёстких требований реформы. Айзенкот придерживается концепции  «государственности»  (мамлахтиюту), согласно которой интересы государства стоят выше интересов отдельных секторов. Тем ни менее,  Гади Айзенкот официально подтвердил, что не исключает участия ортодоксальных партий (ШАС и «Яадут ха-Тора») в будущем правительстве. В своих заявлениях он подчеркивал: «Я готов сидеть в коалиции с любым, кто укрепляет Государство Израиль».

Соратники Айзенкота по партии поддерживали неформальные контакты с представителями нового альтернативного движения «Ха-Цибур ха-Хареди», которое пытается продвигать идею большей интеграции религиозной общины в жизнь страны.

Несмотря на готовность к диалогу, Айзенкот выдвигает бескомпромиссные условия для партнёрства, жёстко критикуя нынешние соглашения ультраортодоксов с Ликудом.

Центральным пунктом предвыборной платформы «Яшар!» является требование отменить исторические соглашения 1977 года об освобождении харедим от службы. Айзенкот заявляет о намерении провести закон о комплексном призыве для всех, допуская освобождение (для изучения Торы) не более чем для 3% ультраортодоксальной молодежи (а не массовое уклонение).

Лидер партии выступает против выделения «миллиардов шекелей» религиозным институтам, чьи студенты уклоняются от воинской обязанности и не интегрированы в рынок труда.

В рамках контроля предвыборной риторики, «Яшар!» партия Айзенкота через Центризбирком добилась запрета предвыборного ролика ШАС, спекулировавшего на теме солдат ЦАХАЛа.

Партия «Яшар!» не объявляет бойкот ортодоксальному сектору (в отличие от некоторых других оппозиционных лидеров), но претендует на роль силы, которая заставит партии харедим пойти на уступки в вопросах национальной безопасности и интеграции в экономику.

 

Как можно объяснить тот факт, что несмотря на общее недовольство в стране отказом харедим служить в армии, блок Нетаньяху (Ликуд и харедимные партии) набирает согласно опросам почти столько же сколько и партия Яшар?

Политологи и социологи выделяют несколько ключевых причин такого распределения мандатов:

1. Жесткая структура правого блока (Voter Lock) и дисциплина ортодоксального электората:

Для избирателей партий ШАС и «Яадут ха-Тора» участие в выборах — это не просто политический выбор, а религиозный долг и подчинение воле раввинов. Несмотря на внутренние разногласия и кризис вокруг призыва, этот электорат демонстрирует почти стопроцентную явку. Их голоса остаются внутри блока.

Для значительной части традиционного и правого Израиля партия Ликуд и Нетаньяху воспринимаются как гаранты сохранения еврейского характера государства и жесткого курса в сфере безопасности. Общественное недовольство призывом харедим редко заставляет правого избирателя проголосовать за центристов из «блока перемен». В крайнем случае голоса перетекают к еще более радикальным правым попутчикам вроде Итамара Бен-Гвира.

2. «Канибализация» голосов внутри оппозиции или «поедание» электората своих же политических союзников.

Лидерство партии «Яшар!» Гади Айзенкота в опросах во многом является внутренней перестановкой сил внутри оппозиционного лагеря. Рост «Яшар!» происходит не за счет привлечения правых или религиозных избирателей, а за счет поглощения электората других оппозиционных платформ, таких как блок «Беяхад» (Лапид и Беннет), партия «Демократим» или «Наш дом Израиль». Таким образом, общая масса голосов оппозиционного блока почти не растет, а лишь перераспределяется в пользу нового сильного лидера.

3. Электоральные ловушки и потерянные голоса.

Оппозиционный фланг сильно фрагментирован. После закрытия списков 8 сентября стало очевидно, что несколько небольших оппозиционных и центристских платформ (например, списки Йоаза Хенделя и Ярона Зелихи) идут на выборы отдельно. Опросы показывают, что они не преодолевают электоральный барьер в 3,25%. Это приводит к тому, что десятки тысяч голосов противников Нетаньяху рискуют быть «сожженными» и не превратятся в реальные мандаты, что автоматически усиливает позиции действующей коалиции.

Хотя вопрос равенства в распределении обязанностей (призыва харедим) крайне важен для общества, он не является единственным фактором. Проблемы экзистенциальных военных угроз, региональной безопасности и доверия к военному кабинету делят израильское общество пополам. Для правого лагеря сохранение у власти Нетаньяху видится меньшим злом, чем приход к власти левоцентристской коалиции, даже если ради этого приходится мириться с уклонением ультраортодоксов от службы.

Для еврейских избирателей на первый план выходят внешняя политика и безопасность (по 39%), за которыми следуют дороговизна жизни (38%), проблемы призыва в ЦАХАЛ (27%), вопросы религии и государства (26%), фигура лидера (23%) и судебная реформа (18%).

Для арабских избирателей абсолютным приоритетом является борьба с преступностью в их общине (53,5%), а также рост цен. Политический ландшафт Израиля стремительно меняется на фоне глубокого общественного пессимизма и тревоги за будущее институтов власти. Свежие данные социологических исследований фиксируют не только серьезные электоральные сдвиги и ослабление позиций действующей коалиции, но и беспрецедентный уровень недоверия граждан к стабильности предстоящего избирательного процесса.

 

Снижение числа русскоязычных депутатов на проходных местах в партийных списках Кнессета 26-го созыва — это устойчивый тренд, отражающий глубокие демографические и стратегические изменения в израильской политике.

Политологи и аналитики выделяют несколько фундаментальных причин, почему «русская улица» теряет обособленное представительство в высших эшелонах власти:

1. Смена поколений и «глубокая интеграция».

Поколение детей репатриантов 1990-х годов (полуторное и второе поколение алии) полностью интегрировалось в израильское общество. Для них русский язык перестал быть главным маркером идентичности. Они голосуют не за «своих» по происхождению, а на основе общеизраильской повестки — вопросов безопасности, судебной реформы, призыва харедим и экономики.

Молодые амбициозные русскоязычные израильтяне делают карьеру внутри общенационального израильского мейнстрима (армия, хай-тек, госслужба) и больше не нуждаются в «русской нише» для продвижения в политику.

2. Слияния крупных партий и «битва за места».

Формирование крупных блоков (таких как объединенный список «Беяхад» Нафтали Беннета и Яира Лапида) привело к жесткой внутренней конкуренции. При слиянии партийных структур места в первой двадцатке отдаются тяжеловесам — бывшим министрам, генералам ЦАХАЛа и медийным персонам.

В результате узнаваемые русскоязычные политики вытесняются на более низкие, пограничные или непроходные места. Например, в списке «Беяхад» Владимир Белиак оказался на 16-й позиции, а Олеся Кантор — на 15-й, что ставит их прохождение в зависимость от максимального успеха партии на выборах.

3. Эволюция партии «Наш дом Израиль» (НДИ).

Партия Авигдора Либермана, долгое время бывшая главным «флагманом» русскоязычного избирателя, окончательно трансформировалась в общеизраильскую праволиберальную партию. Либерман позиционирует себя как кандидат в премьер-министры для всего светского Израиля.

Чтобы привлечь коренных израильтян, НДИ расширяет списки за счет ивритоязычных профессионалов, управленцев и муниципальных деятелей. Доля русскоязычных кандидатов в списке сокращается ради расширения электоральной базы. Электоральный потенциал: Согласно последним опросам, опубликованным после закрытия списков 9 сентября 2026 года, НДИ стабильно удерживает позиции в пределах 7–8 мандатов.  В этом случае русскоязычный депутат Евгений Сова не попадает в КНЕССЕТ. Партия не демонстрирует взрывного роста, но обладает твердым ядром избирателей. Либерман категорически отказался от создания предвыборных союзов с Беннетом, Лапидом или Айзенкотом, заявив, что это контрпродуктивно для электорального успеха. Его цель — максимизировать потенциал НДИ как независимой праволиберальной силы. Аналитики) оценивают его прямые шансы на лидерство всего в 3,5%, отдавая явное предпочтение Гади Айзенкоту и Биньямину Нетаньяху. Если по итогам выборов 27 октября ни блок Нетаньяху, ни центристский блок Айзенкота не смогут набрать 61 мандат без голосов НДИ, Либерман окажется в положении человека, определяющего состав правительства. В ситуации жесткого тупика он может потребовать пост премьер-министра по ротации в качестве условия для вхождения в коалицию. Стать премьер-министром за счет массовой поддержки граждан Либерман не сможет. Но он имеет шансы получить этот пост в результате сложнейших коалиционных интриг, если выборы приведут к полному равенству сил между основными лагерями и оппозиция будет вынуждена согласиться на его условия ради отстранения Нетаньяху от власти.

4. Праймериз и дефицит новых лидеров.

В партиях, где кандидаты определяются внутренним голосованием (например, «Демократы»), русскоязычные претенденты часто проигрывают из-за отсутствия мощных партийных ячеек поддержки (так называемых «кабланей колот» — подрядчиков голосов).

В партиях с жёстким лидерским управлением (Ликуд, Яшар!) русскоязычных кандидатов больше не включают в списки «автоматически» просто ради галочки или для привлечения секторального избирателя — партии считают, что могут завоевать голоса репатриантов с помощью общих лозунгов.

Исключение из правил: Любопытно, что на этом фоне даже традиционно ультраортодоксальные списки пытаются точечно заигрывать с сектором: так, в списке партии ШАС во второй десятке появились двое русскоязычных кандидатов, представляющих бухарскую и грузинскую общины, однако их позиции также находятся на грани прохождения.

По мнению автора этой статьи, динамика последних опросов и паритет сил доказывают, что израильский избиратель до конца сохраняет интригу. В условиях, когда ключевые блоки идут ноздря в ноздрю, исход голосования решат два фактора: явка и способность мелких списков преодолеть электоральный барьер в 3,25%. Окончательную точку в этом противостоянии поставят не социологи, а сами израильтяне в день голосования.

           Комментарии

Татьяна 11.09.2026  14:23 Добрый день Аврум и с еврейским Новым годом! Очень любопытный анализ. И ваши соображения дают пищу для размышлений. Но расстраивает сама сущность некоторых выводов, особенно в отношении р/я граждан. Здесь не хватает чёткого резюме: о способности р/я создать общину и укреплять её. Наша беда везде и здесь и в галуте. Относительно всего израильского общества меня все эти годы и сейчас особенно удивляет, что большинство израильтян непотисты, эмпаты, никогда не читают программы партий, за которые голосуют, руководствуются принципом "своя рубашка". Например тот же Айзенкот - только общие слова и лозунги при полном отсутствии опыта в гражданском управлении. Или провалившийся на 300% Нетаниягу, на совести которого без малого 2000 погибших 7 октября. Почему не делают выводы!!!? Очень жаль. Я считаю, из всех глав партий на вчера и сегодня единственный, кто может вывести Израиль из тупика раскола и падения только Авигдор Либерман с его прагматичностью и целенаправленностью.

Эдвард 11.09.2026 17:39  Любое мнение по обсуждаемому вопросу имеет много шансов столкнуться с мнением альтернативным. Вот яркий пример: https://www.youtube.com/watch?v=Sc9rqJ5Ny3Y Крайне интересно узнать, что может противопоставить уважаемая Татьяна тому, что она услышит в видео по указанной ссылке.

Петр Шелищ  14.09.2026  18:08  Публикация Аврума Шарнопольского дала мне самую чёткую и убедительную картину предвыборной ситуации в Израиле из всего, что я об этом читал . Она чревата невозможностью создать устойчивую правящую коалицию и новыми выборами, возможно, не один раз, сразу или вскоре. Считаю, обеспечить устойчивость государственной власти здесь можно только объединив на каком-то вопросе основную часть еврейского не ортодоксального большинства граждан, и ясно, что такой вопрос должен быть ценностно нейтральным - значит технологическим. Я вижу его в выборе между нынешней парламентской и президентской республикой (см. https://www.amechad.info/knesset?tab=members, предложение "Государственное устройство"). Что касается неудовольствия Татьяны в связи с неспособностью р/я граждан Израиля создать здесь общину с общей политической позицией, то для меня это естественное следствие либерального сознания большинства этих граждан, ориентирующего их самим отвечать за себя и близких, и, если помогать другим, то не по признаку общей родины — в отличие от людей традиционных культур, для которых община важнее государства. Что не мешает им, особенно пожилым и без иврита, общаться преимущественно с такими же, как они. Спасибо Эдварду за ссылку на ролик. Его просмотр оставил у меня тягостное чувство: с одной стороны, убедил в недостаточной компетентности и, что намного хуже, самоуверенности и высокомерии руководителей армии и разведки, а с другой, оставил вопрос, а кто несёт ответственность за то, что именно эти люди занимали самые высокие посты? И это всё про то, что было перед 7.10, а, мне кажется, больше вопросов в обществе возникло в связи с тем, что было в этот день и следующие дни. Уверен, что на случай реализации любой из возможных угроз, в том числе внезапного перехода границы значительными силами противника, в сейфах генштаба, моссада и других штабов и подведомственных им частей и соединений должны, в моем понимании, лежать планы ответных действий. Судя по ответу Зеева Элькина в ходе его сегодняшней встречи с НИАН на мой вопрос об этом (долго рассказывал примерно то, что в этом ролике), таких планов ни у кого не было. Отсюда растерянность, хаос, большие предотвратимые потери и отсутствие немедленного эффективного военного ответа на агрессию, который был бы эффективнее и вызвал бы в важных для нас странах большее понимание и поддержку, чем ответ отложенный и сильно растянутый. А за это кто должен отвечать?

Эдвард  14.09.2026  18:41  Я редко вмешиваюсь в полемику по обсуждаемым на портале "КИ" вопросам, полагая, что редактору издания, если и следует иногда принимать участие в обсуждении публикаций, то лишь в исключительных случаях, отдавая приоритет в этом обсуждении читателям.

Однако этот случай, кажется, неординарный. Попытаюсь ответить на вопрос уважаемого Петра Шелища: "А за это кто должен отвечать?" Имеется в виду, конечно, растерянность, хаос, большие предотвратимые  потери  и  отсутствие  немедленного  эффективного военного ответа на агрессию 7 октября 2023 года. Отвечу в данном случае как профессионал, имеющий высшее военное образование (специализация: связь в управлении войсками). Разумеется, в сейфах штабов всех уровней должны находиться планы действий на случай вторжения вооружённых формирований, обстрелов и других агрессивных действий с сопредельных территорий. Эти планы должны регулярно обновляться, исходя из актуального состояния военно-политической обстановки. Это азбучная истина военной науки, прописанная кровью мировой истории войн. Должны в любой армии существовать и боевые уставы вооружённых сил, которые обновляются не столь часто как актуальные планы, но зато содержат основные принципы действий военнослужащих всех уровней от рядового солдата до главнокомандующего. Вот в существовании боевых уставов в ЦАХАЛе я, честно говоря, не уверен и информации такой в доступных источниках пока не обнаружил, но совершенно уверен, в том, что элементарная логика военных действий на любой случай лежит в основе системы управления войсками ЦАХАЛа, военной разведки и других силовых структур. А логика эта проста: военнослужащий любого уровня в случае обнаружения угрозы охраняемой территории или объекту обязан действовать немедленно в рамках своих должностных обязанностей и также незамедлительно  доложить по команде непосредственному начальнику и об обстановке, и о своих действиях. Разумеется, открывать огонь без команды рядовой солдат не имеет права, но привести вверенное ему вооружение в полную боевую готовность обязан. Командир батальона (полка, дивизии) обязан поднять свои подразделения по боевой тревоге, отдать приказ подчинённым частям и подразделениям занять позиции к бою и лишь затем (но незамедлительно) доложить об обстановке и о своих действиях командующему армией (в данном случае командующему Южным военным округом). Далее, исходя из реальной обстановки, отдать приказ открыть огонь по агрессору на поражение, осознавая и беря на себя ответственность за последствия такого приказа. Командующий округом обязан поднять по тревоге вверенные ему войска, доложить о своих действиях начальнику Генштаба и действовать в соответствии с обстановкой. Глава государства (правительства) — последний в этой цепочке управления. Лишь после доклада НГШ, исходя из анализа реальной обстановки и в зависимости от её масштабов, он может принять на себя обязанности Верховного Главнокомандующего. А войска при этом уже давно должны действовать, отражая агрессию противника, а не ждать разрешения Верховного на исполнение своих святых обязанностей.

Ваш комментарий появится здесь после модерации. Модерация - не цензура, а следствие технического несовершенства малобюджетного ресурса: ваш комментарий поступает на почту портала, а затем вручную помещается в поле комментариев. Это происходит, как правило, не позднее 24 часов с момента появления комментария во входящей почте редакции.

Ваш электронный адрес не будет опубликован.