РАССКАЖИ ДРУЗЬЯМ
Аврум Шарнопольский
Литературно-творческая страница
© Все права принадлежат автору
Регистрационный номер публикации 1296
Дата публикации: 26.06.2026
Два стихотворения о войне.
Вальс сквозь годы.
В войну порою, вальс звучал
В лесу прифронтовом.
Аккордеон едва дышал
В тумане дождевом.
И в старой школе при свечах
Вальс пел про гул побед,
Я танцевал, и на плечах
Дрожал полночный свет.
Сегодня вальсы не в чести —
Царит хип-хоп и свинг.
Им ритм безумный обрести
Помог случайный миг.
Мне ж вальс по-прежнему милей,
В нем нежность прежних лет.
И в мягком свете фонарей
Иной струится свет.
Пусть говорят — бегут года,
И волос в серебре,
Но ты, как прежде, молода
В той памятной поре.
Пусть кружит время чехарду,
Меняя стиль и вкус,
Я вновь в объятия упаду
Знакомых, чистых уз.
И стоит вальсу зазвучать,
Напомнит образ твой.
Я в мыслях стану танцевать
С тобой, с тобой, с тобой.
Потерянное детство.
Когда говорят о потерянном детстве,
Имеют ввиду ту войну и года,
Все то, что досталось навечно в наследство:
Болезни и горькое слово «беда».
Беда - это близкий, погибший на фронте,
Разрушенный дом, где родился и рос.
Беда –не доигранный скрипкою Монти.
И возглас «За что?» - безответный вопрос.
Когда говорят о потерянном детстве,
Имеют ввиду, что лишился тогда
Друзей и улыбок, забав и приветствий,
Взамен получив только слово «беда!».
Беда – это голод, бездомные дети,
Одежда – отрепье на теле висит.
Глаза, что потухли, надеждой не светят.
Прилипшая кличка – проклятое «жид!».
Ты не исчез в очаге Холокоста.
Песни на стихи Аврума Шарнопольского
(музыка и исполнение сгенерированы нейросетью)
Дети войны
Израиль гостеприимный
Молитва
Зима - февраль
Часть 1. Стихи, Литературные пародии, притчи, подражания
Часть 2. Юмористические рассказы.
Иерусалим
2026
Спроси себя, зачем ты жил,
К чему всю жизнь стремился,
Ты был любим? Детей растил?
Чего-нибудь добился?
Спроси себя, кого любил,
Кому помог советом.
Есть кто-то, с кем всю жизнь дружил,
Был за него в ответе.
Спроси себя, о чем мечтал,
Что делал, чтоб сбывалось.
А из того, что ты читал,
Что в памяти осталось.
Спроси себя, ты предавал
И шел на соглашенья.
Ты сам решения искал
Терзали ли сомненья.
Спроси себя, ты сам любил,
Нет не себя, кого-то.
Спроси, родителей ты чтил,
Их окружал заботой.
Спроси себя, душой кривил,
Когда давал советы.
Есть кто-то, с кем всю жизнь дружил,
Был за него в ответе.
Возможно, в суете дневной
Не думаешь об этом.
Но откровенен будь с собой.
На все найди ответы.
Мне говорят…
Мне говорят, что стар я для любви,
И что пора забыть об этом чувстве.
«Его теперь из памяти сотри,
Переключись на спорт или искусство».
Припев
А сердце спорит с сединой,
Оно не знает слова «поздно».
Пусть время мчится стороной —
Для сердца так же светят звезды.
Я не меняю свой маршрут,
Пока глаза огнем сияют,
Пока меня на свете ждут
Я луч надежды не теряю.
Куплет 2
А я себя не вижу стариком,
И женщины еще мой взгляд ласкают.
И я все чаще думаю о том,
Что ожиданье нас не покидает.
Припев.
Куплет 3
Душа — она по-прежнему поет.
Но разве чувствам нужно сроки ставить?
Пусть календарь ведет суровый счет
Ему поддаться - время не заставит!
Припев.
Куплет 4
Я всё еще готов стихи писать
И дамам посвящать свои сонеты,
С полупоклоном руки целовать
Согласно принятому этикету.
Припев.
Куплет 5
Так было, есть и будет впереди,
Когда рука в руке, и слов не надо.
И этот пламень у меня в груди —
Для сердца лучшая награда.
Припев
Израиль помнит поступи пророков
Израиль помнит поступи пророков
И тех, кто в сердце веру сохранил,
Кто шел тропой библейского Востока,
Стремясь к истокам из последних сил.
Сюда идут, отринув все границы,
Паломники из самых разных стран
К святыням, где истории страницы
Откроют камни, Библия, Коран.
Идут к Стене, что тянется сквозь вечность
Несут записки — шепот тайных слов,
Вверяя Богу жизни быстротечность
И просьбы из земных своих оков.
И как Ковчег, поднявшийся над морем,
Страна дает приют в тени олив
Тем, кто бежал от бомб, огня и горя,
Себя в войне, в пожарах опалив.
Где некогда святые исцеляли,
Теперь врачи, отринув древний рок,
Снимают гнет болезни и печали,
Даря надежду тем, кто занемог.
И даже птиц в скитаниях над миром
Здесь ждет покой у тихих синих вод —
В долине Хула, ставшей щедрым пиром,
Накопят сил на новый перелет.
Сплетая нити судеб и народов,
Под небом, где встречается рассвет,
Земля дает и крылья, и свободу
Всем тем, кто ищет милосердья свет.
Дефицит любви
Наш мир застыл в плену ограничений,
Где дефицит любви — привычный фон.
Исчез культ чувств, и вместо откровений —
Сухой расчет и равнодушья звон.
А ведь любовь одна рождает нежность,
Умение понять и уважать.
В ней человека святость, бесконечность,
Его души святая благодать.
Лишь в глубине любви мы понимаем,
Какое чудо — каждый человек.
Мы в этом чувстве маски все снимаем,
И замедляем суматошный век.
Любовь покажет, как прекрасны люди,
Какими добрыми они могут побыть.
Давайте верить в чудо, просто будем
Друг друга искренне и преданно любить.
Молитва
Освободи меня от мысли ложной,
Что должен я весь этот мир спасти.
Позволь мне оставаться, осторожным,
Но деспотизма крест не дай нести.
Утихомирь желание с годами
Свои болезни часто вспоминать.
Не дай болезням властвует над нами,
Не дай врачей напрасно обвинять.
Даруй урок мне высшего доверья —
Понять, что я могу порой шутить,
Что я могу не доверять поверьям
И что способен в жизни согрешить.
Учи ценить секунды и минуты,
Порой совета у друзей просить,
Чтоб не скользить по жизненным маршрутам,
А каждый день осознанно прожить.
Пусть разум мой с душой не конфликтуют,
Чтоб видеть даль и чувствовать любовь,
Пусть доброта и нежность торжествуют,
Смиренно приняв жизненную новь.
Пошли мне друга в нужную минуту,
Кто сможет мне всю правду рассказать, —
Но не с упрёком, протянув мне руку,
А так, чтоб этой правдой обласкать.
Освободи меня от мысли ложной,
Что можно стать обузой для родных
Освободи меня от дум тревожных,
Чтоб даже в мыслях не решать за них.
Когда придет час вечного покоя,
Дай мне не страх, а только благодать.
Принять тот час с улыбкой и душою,
Чтоб в новой жизни благодатным стать.
Я возраст твой – второе я
Я возраст твой – второе я,
К тебе впервые обращаюсь,
Я объясниться попытаюсь:
Что привело к тебе меня.
(Куплет 2)
В теченье очень многих лет,
Меня совсем не замечая,
Ты делал всё, порой считая,
Что для тебя преграды нет.
(Куплет 3)
Ты поднимался на Казбек,
На непростые перевалы,
Тропу прокладывал в завалах,
Когда шёл через Гезе-Вцек.
(Припев) — см. выше
(Куплет 4)
Зимой ты в прорубь окунался,
И в восемьдесят полных лет
Всегда в предутренний рассвет
Пробежки длинной не чурался.
(Куплет 5)
Ты вкладывал немало сил,
Несправедливость устраняя,
Закон о льготах пробивая,
Для тех, кто Холокост прожил.
(Куплет 6)
И лишь тогда, когда упал
Однажды утром в моционе —
Как отголосок той «короны»,
Ты обо мне припоминать стал.
(Куплет 7)
Но стал ли ты осторожней?
Забросил упражнений ряд?
Иль только сны тебя бодрят,
Где вновь свершаешь невозможное?
(Финал)
Хочу предостеречь тебя
От непродуманных решений.
Когда появятся сомненья —
Спроси своё второе я.
О возрасте сужу не по годам.
О возрасте сужу не по годам.
Не по морщинам, лик избороздившим,
Сужу не по слабеющим ногам,
Не по болячкам, невесть как возникшим
О возрасте сужу я по глазам
Что, как известно, душу отражают.
У молодых взгляд искренен и прям,
У пожилых погасший взгляд мерцает
Когда живая мысль в глазах видна
И любопытство я в глазах читаю,
Меня здесь не обманет седина.
Здесь молодость душою управляет.
И, если, не взирая на года,
Ещё способен человек влюбиться,
Взгляд говорит: душа то молода!
Глаза блестят, в них можно раствориться.
О возрасте сужу не по годам.
Что на странице паспорта читаю,
О возрасте сужу я по глазам
Что, как известно, душу отражают.
Танго «Аккорд на бульваре»
Куплет 1
Полусонное солнце над Тель-Авивом.
Свет залил воды моря, дома и луга.
А туристы бежали к волнам и приливам,
Что лениво ласкали её берега.
Куплет 2
Музыканты из Чили на бульваре в заливе.
Скрипка и аккордеон в тишине.
Инструменты расчехлены. Звуки уплыли.
Вальс, фокстрот на песчаной стене.
Припев (Синкопированный, резкий ритм)
Им внимали. Монет не бросали.
Футляр оставался пустым.
А они всё играли, играли,
Но воздух казался глухим.
В чём прокол? Почему так уныло
Зазвучал этот старый мотив?
Музыкантам из Чили конечно не снилось,
Что их ожидает сюрприз, эксклюзив.
Куплет 3
Вдруг девчонка прохожая попросилась.
«Либертанго! Сыграем втроём, господа?»
И пространство вокруг в тот же миг изменилось,
И зажглась в небесах золотая звезда.
Куплет 4
К пианино на улице кроха шагнула,
До педалей едва доставая носком.
Пальцы вскинула вверх, незаметно вздохнула —
И ударил аккорд, как звучит в тучах гром!
(Куплет 5)
Взвыла скрипка цыганским, неистовым плачем,
А взъерошенный плакал аккордеон!
Ритм взрывался, летел, становился горячим,
Каждый такт был в ту девочку просто влюблён.
(Куплет 6)
Город замер. Туристы забыли про море.
Закружились танцоры на жарком песке.
Звуки страсти, безумия, счастья и горя
Смыли грусть и тревогу к далёкой реке.
Финал
А скрипичный футляр полон разной монетой.
Но чилийцы не видели этих монет.
Их вели либертанго Пьяццоллы куплеты,
И горел в Тель-Авиве безумный рассвет!
Скрипка
В местечке клейзмер пожилой
Учил меня играть на скрипке.
И я уже перед войной
Играл по нотам без ошибки.
Ми родители тогда,
Уверовав в мои таланты,
Решили, что через года
Я стану крупным музыкантом
И чтоб уверенность придать
Своим предположеньям личным
Меня решили показать
Преподавателям столичным.
Не помню, как, но я предстал
Перед одним из самых лучших
Как мог старательно играл,
А мне казалось, он не слушал.
Моя игра произвела
На педагога, впечатленье,
И как ни странно помогла
Ему принять свое решенье.
Меня он был готов принять
К себе на обученье.
Призвав родителей отдать
В их интернат на попеченье.
Как следовало ожидать,
Родители в любви бездонной
Не стали мальчика лишать
Семьи, его друзей и дома.
Война надежду отняла.
Четыре года я без скрипки.
Мечта жила. Но это я считал
Те годы роковой ошибкой.
Солдатский сон
Солдат, вернувшийся с войны,
Вам не расскажет о сраженьях,
О подвигах и о раненьях,
О страхах и о разрушеньях,
В которых нет его вины.
(Припев)
Он промолчит. Затянет дым.
Война — она не для рассказов.
При выполнении приказов
Он выжил там, где пали разом
Те, кто остался молодым.
Он не расскажет вам о том,
Как мерз в заснеженных окопах,
Как вязнул в топях и болотах,
Тонул в озерах и протоках,
Ел сухари замерзшим ртом.
Он не расскажет о друзьях,
Погибших рядом с ним в Берлине.
О том, как кровь невольно стынет
От неестественной картины:
Живой скелет в концлагерях.
Он промолчит. Затянет дым.
Война — она не для рассказов.
При выполнении приказов
Он выжил там, где пали разом
Те, кто остался молодым.
Он не расскажет вам о том,
Как спал под пуховой периной
В объятьях бывшей балерины,
Красивой стройной Паулины...
За всю войну — спокойным сном.
……..
Вам не расскажет...
Просто вспомнит...
Спи, солдат.
Мой Иерусалим.
Из пепла развалин, как феникс крылатый,
Восстал, возродился Иерусалим.
Здесь память хранит древних храмов палаты,
И то, что когда-то построил здесь Рим.
Нам старый град открывает столетья,
И обнажаются тайны земли:
Давыдовый город и микв долголетье,
Арабская вязь и напевы любви.
Припев
Мой Иерусалим, моя гордость и сила,
Ты — город-молитва, ты — вечности свет!
Земля, что меня навсегда приютила,
Любимому городу равного нет!
Послушайте, звук колокольного звона,
Призыв муэдзина звучит в вышине.
И шёпотом тихим, без слёз и без стонов,
Помолится путник, прильнувшись к Стене.
А город живет, устремившись к высотам,
Его небоскрёбы почти в облаках.
И мчатся трамваи бесшумным потоком,
И птицы резвятся в сплошных цветниках.
Припев
Мой Иерусалим, моя гордость и сила,
Ты — город-молитва, ты — вечности свет!
Земля, что меня навсегда приютила,
Любимому городу равного нет!
Театры, музеи, и стадионы...
Там слышится речь на любом языке.
Но русский язык на тивьи и смартфонах,
В печатных изданьях, в газетной строке.
В парламенте, в мэрии и на экране —
Услышишь знакомую русскую речь.
Горжусь я тобой и тебя не устану,
Всегда прославляя, любить и беречь..
Припев
Мой Иерусалим, моя гордость и сила,
Ты — город-молитва, ты — вечности свет!
Земля, что меня навсегда приютила.
Любимому городу, равного нет!
Подражание Тарковскому.
Учитесь быть наедине с самим собой.
Учитесь сами, начиная с детства,
Быть благодатным, не скучать порой.
Быть одному, отнюдь не в знак протеста.
Известно, что сегодня молодежь
Объединяется для очень шумных действий.
Но в этом шуме вряд ли ты найдешь
Сюжет своих незримых путешествий.
В толпе легко копировать других,
Теряя блеск своей души бесценной.
Услышь внутри себя нестройный стих,
Стань для себя опорой и вселенной.
Зайди в безмолвие, зайди как в тихий сад,
Где каждый звук и шорох — откровенье.
Там мысли, как и чувства, не спешат,
Даря душе заветное смиренье.
Быть одному — не значит быть пустым,
Познать себя — не значит стать знакомым,
Себя не судишь мнением чужим,
Избавившись от чувства быть ведомым.
Там, в глубине, за ширмой суеты,
Где нет нужды казаться кем-то выше,
Впервые понимаешь, кто есть ты,
И голос сердца наконец-то слышишь.
Кто дружбу с одиночеством ведет,
Тот в хаосе не ведает испуга.
Он в глубине источник свой найдет
И станет сам себе надежным другом.
Подражание Пабло Неруде
Кто медленно умирает
Кто медленно умирает?
Кто веру в себя разрушает,
Любовь и семью отвергает,
Привычки свои не меняет.
Кто медленно умирает?
Кто не сопереживает,
Кто ближнему не сострадает,
Кто дружбу обузою считает.
Кто медленно умирает?
Кто книг и газет не читает,
Публичных бесед избегает
И цвета одежд не меняет.
Кто медленно умирает?
Кто в жалобах жизнь проживает,
О планах своих забывает,
Не сделав их, просто бросает.
Кто медленно умирает?
Кто сам себя не понимает,
Кто трудности не отбивает,
Как впредь избегать их, не знает.
Скажу: не смейте умирать,
Старайтесь быть счастливыми,
Чтоб жить, любить, страдать дышать
Под мирными оливами.
Коммерческое использование материалов сайта без согласия авторов запрещено! При некоммерческом использовании обязательна активная ссылка на сайт: www.kruginteresov.com
